И вот однажды...
Рыбалка рыбалкой, но у нас, ребят этого возраста, уже было и другое увлечение, не менее азартное – ходить на охоту на рябчиков уже ближе к осени.
И вот однажды еще до заморозков, когда листва еще не пожелтела и не опала, я уже после обеда собрался и пошел на охоту на рябчиков. Пошел в ту же сторону, куда летом ходили на рыбалку на горную речку Утицу. В этой стороне по распадкам и вдоль небольших сопок рябчиков всегда было много, особенно под осень, когда уже начинали летать и молодые. Собираясь в лес, снаряжаешься немного иначе… тут и патронташ с разной дробью (может и глухарь встретиться, и заяц), обязательно несколько патронов с картечью и даже несколько патронов с пулями. А вдруг что… И, конечно же, острый охотничий нож. Все на патронташ, и все на своих местах.
Я ушел уже далеко от дома, иногда посвистывая манком для рябчиков (я их делал сам из пустых малокалиберных патрончиков), но пока рябчиков не было. Я уходил все дальше и дальше. Только птички летают, да иногда белка пробежит (их еще рано стрелять). Погода тихая, теплая, трава еще зеленая, почти не шуршит, кустарники, красивый осенний лес: березы, лиственницы, осинки. Все хорошо, но рябчиков пока нет. И я решил перевалить через небольшой пригорок в другой распадок – может, там есть рябчики. Я уже почти поднялся наверх пригорка, как вдруг услышал, как по ту сторону пригорка под чьими-то ногами хрустят ветки. Я остановился. Хруст по ту сторону тоже прекратился. Я понял, что меня тоже кто-то услышал и затаился.
В голове одна мысль – это медведь. А ружье заряжено мелкой дробью на рябчиков. Мгновенно перетягиваю патронташ задом наперед. Вытаскиваю рябчиковые патроны и вставляю в оба ствола жиганы (так мы называли пули). Тут же спереди и охотничий нож – расстегиваю на нем ножны. Все готово. По ту сторону тишина. Я взвожу оба курка, поднимаю ружье до уровня плеч и глаза и медленно и осторожно начал продвигаться вперед, почти не шурша ногами. Сердце бьется учащенно, глаза почти не моргают. Иду на Вы! Я уже почти поднялся доверху. Напряжение предельное. Первое, что я увидел: два торчащих уха. Они были неподвижны. Я остановился и уже даже не дышал. Кто там? Беру на мушку эти уши и поднимаюсь чуть повыше, чтобы увидеть голову и в нее стрелять. ...Но это была голова лошади. Она тоже почувствовала, что к ней кто-то приближается, и замерла в каком-то ожидании. Просто наша деревенская лошадь так далеко отошла от деревни в лес. Она тоже увидела меня и тотчас зашевелила ушами и заржала. У меня внутри как будто что-то оборвалось. Сначала я опустил ружье и низвел курки.
Только в этот момент я начал осознавать, чем могла бы закончиться наша встреча, если бы это действительно был медведь… Об охоте на рябчиков я уже забыл, я просто развернулся и почти бегом стал спускаться с горки и скорее домой.
Уже по дороге в голову стали приходить разные истории с медведями. В этих местах они частые гости. То появляются, когда по речке идет кета, то иногда сюда доходят коровы-блудни и они коров задирают. И даже был случай, когда медведь напал на быка: заскочил как-то ему на спину и начал грызть холку быка (так перегрызает какие-то жилы, животное падает, и тут уже все). Но бык оказался крепкий. Он как рванул, мотая головой, так с медведем на спине и прибежал в деревню. Когда медведь увидел, что «приехал» в деревню, он кубарем на скаку свалился с быка и через огороды убежал в лес.
В. РОГАЧЕВ
